ГАЗЕТА.dp.ua

Субъективно о Днепропетровске:

новости, аналитика, скандалы

Погода
Погода в Днепре

влажность:

давление:

ветер:

Все хорошо, прекрасная маркиза? А чего же тогда люди мрут…



Департамент здравоохранения ДнепрОГА подвел итоги работы медицинской отрасли в прошлом году

 

 

С медициной у нас сплошные проблемы: серьезные заболевания выявляют плохо, лечить больных некому, стационары превращаются в хосписы для умирания, а скорая помощь будет реорганизована в такси.

 

Оптимистичненько

В понедельник в Днепропетровской облгосадминистрации департамент охраны здоровья подвел итоги 2016 года. На мероприятие съехались врачи со всей области.

Первый заместитель губернатора Олег Кужман для начала сообщил, что дела в системе здравоохранения, в принципе, обстоят неплохо.

— Сегодня мы подведем итоги года и поделимся своими достижениями и перспективами в медицинской отрасли, — сообщил журналистам Кужман. – Во-первых, 12 наших медучреждений получили современнейшее оборудование на сумму 133 миллиона гривен, в два раза больше, чем в 2015 году. В нашем радиологическом центре областного онкодиспансера установили лечебный ускоритель для лучевой терапии.

Онкодиспансер получили за прошлый год около 50 единиц оборудования.

— Мы закупили новый ангиограф, аппараты УЗИ и искусственного дыхания, — говорит Кужман. – В прошлом году мы открыли девять дополнительных амбулаторий — в Днепре, Кривом Роге, Павлограде, Апостолово, Синельниково, Новомосковске.

14 амбулаторий планируется открыть и в текущем году.

— Когда приезжал президент, мы запустили детскую поликлинику, которую построили за счет областного и государственного бюджетов, — рассказывает Кужман. – Почти 300 детей ежедневно проходят в ней обслуживание, можно одновременно выхаживать 16 новорожденных. В этом году за деньги областного и государственного бюджетов планируем отстроить новый хирургический корпус Центра матери и ребенка. На Руднева. (Центр матери и ребенка имени профессора Руднева, расположенный по улице Пушкина. – Авт.). Рядом будет капитально реконструировано здание педиатрического отделения.

Также Олег Кужман прокомментировал вопрос о передаче больниц вторичного уровня с баланса области на баланс города.

— Сегодня больницы – областная коммунальная собственность. Предложено рассмотреть данный вопрос, и я надеюсь, что областной совет совместно с городским рассмотрит его, — говорит Кужман. — По закону, по Бюджетному кодексу, выплата зарплаты должна идти от городского совета, который получает медицинскую субвенцию. Бюджетный кодекс не нарушается. Если город готов взять на баланс областные коммунальные учреждения здравоохранения, то вся подготовительная работа для этого будет проведена. Речь идет о 25-30 объектах.

По словам Кужмана, процесс передачи больниц будет стоить недешево.

— Во-первых, это будет фактически новое юридическое лицо. Нужно выплатить все компенсации, уволить людей, так как идет передача в новую структуру, подготовить техническую документацию. Мы подсчитали, что передача больниц в собственность города будет стоить 140-150 миллионов гривен. Насколько быстро будет происходить этот процесс, сказать сложно. Но главное — желание города.

 

География смерти

Когда заместитель начальника департамента здравоохранения ОГА Елена Луговая принялась докладывать о показателях лечения в профилактических учреждениях области, стало понятно, что гордиться нашей области, кроме закупки дорогостоящего оборудования, особо-то и нечем.

— В 2016 году у нас снизилась рождаемость. Показатели смертности высокие, но они стабилизировались. По крайней мере не растут, — констатирует Луговая. – Высокие показатели смертности в Криничанском, Петропавловским, Покровском, Софиевском районах, городах Желтые Воды, Марганце, Никополе, Покрове. Самая низкая рождаемость отмечается в Марганеце, Покрове и Межевском районе. Сейчас мы проанализируем несколько показателей здоровья, которые говорят о доступности первичной помощи и о качестве вторичной.

Анализировать ситуацию заместитель департамента начала с Павлограда.

— Любая медицинская помощь начинается с медицинских кадров, это приоритет. В Павлограде работают над этим. Пока у них низкая укомплектованность кадрами, но цифра не катастрофическая, — говорит Луговая.

Не катастрофическая? А остальные цифры?

– В городе высокий уровень распространения инсультов, в два раза превышает областной. Я хочу обратить внимание на деньги, выделенные местными бюджетами на здравоохранение. Это 48,6% от общих используемых средств на медицину. Это много, поэтому медики достойны пристального внимания власти.

В Першотравенске высокий уровень распространенности инсультов, низкая выявляемость онкопатологий при профосмотрах и высокий уровень летальности от инфарктов в стационаре.

— В Терновке нужно работать над привлечением молодых специалистов, — считает Луговая. — Тут высокий уровень распространения инсультов и летальности от инфарктов. В Васильковском районе низкая укомплектованность кадрами, высокая общая летальность, высокая летальность от инсультов и травм. В больнице Мечникова и кардиоцентре, куда направляются самые сложные пациенты, летальность от травм и инсультов значительно ниже, чем в некоторых районных больницах.

В Межевском районе низкий показатель укомплектованности врачебными кадрами и высокая среднесуточная летальность.

— Я так понимаю, что некому наблюдать пациентов дома, и они поступают в стационар в запущенном состоянии, где в течение суток умирают, — говорит Луговая. – В Павлоградском районе неплохо работают и первичные центры, и больница, но сохраняется высокий уровень инсультов. Надеемся, что после тренингов, которые внедряет департамент, район исправится. В 2016 году на Павлоградский район местные громады выделили 57% общего финансирования. Это уникальный случай. Показатели в этом районе должны быть самыми хорошими.

В Покровском районе работа стационара, по мнению Луговой, оставляет желать лучшего.

— Одна из самых высоких летальностей от травм и инсультов у нас в ЦРБ Покровского района. Обратите внимание на годовой показатель летальности от онкопатологий. Он у нас в области и так не очень хороший – 31,3%, а по Покровке он практически 50%. То есть у всех пациентов запущенные случаи. Они не доживают и года, — говорит Луговая.

В Юрьевском районе катастрофическая ситуация с кадрами. Укомплектованность составляет 41%! В районе высокий уровень смертности от инфарктов в стационарах и от инсультов.

— В Никополе сложные и печальные для нас, как для управленцев, показатели, — вздыхает Луговая. – Тут высокий уровень распространенности инфарктов и инсультов, все показатели качества работы в стационарах оставляют желать лучшего. В Марганце низкая укомплектованность кадрами, высокий уровень летальности в стационаре. А власть в этом городе выделила из местного бюджета на медицину всего 8%. Считаю, что марганецкие медики заслужили эти 8%.

В Покрове высокая распространенность инсультов, низкое выявление онкопатологий, высокий уровень летальности и суточной летальности, а также длинный койко-день.

— В Никопольском районе более-менее стабильно, — говорит Луговая. – Но здесь низкое выявление при профосмотрах онкопатологий.

В Камянском хорошо работают центры первичной помощи и стараются стационары. На систему здравоохранения местная власть выделила 58,7%.

— Там не разделяют вторичную и первичную помощь, не отделяют подчиненность имущественных комплексов. Мэрия выделяет достойные средства, — кинула камень в огород нашей мэрии Луговая.

— По инсультам в царичанской ЦРБ плохой показатель. Нужно проанализировать его, а маршрутизацию пациентов с инсультами мы можем подготовить, — пообещала Луговая. – В Криворожском районе катастрофическая укомплектованность кадрами и высокий уровень летальности от инсультов в стационаре.

 

 

А где поводы для оптимизма?

Обобщенно можно сказать, что проблемы во всех городах и районах области практически одинаковые — очень плохо с ранней диагностикой, а отсюда вытекает высокий уровень смертности от инфарктов, инсультов, онкопатологий. А о качестве самого лечения говорит высокий показатель летальности от травм.

— И в городе Днепре в прошлом году наблюдался высокий уровень распространения инфарктов, низкое выявление онкопатологий при высоких показателях их распространенности. А вот вторичная помощь (это те самые больницы, по поводу которых между городом и областью идет спор. — Авт.) за прошедший год работала стабильно, — отметила Луговая.

Все эти недостатки в организации здравоохранения вполне объяснимы.

Во-первых, украинское здравоохранение на протяжении последних двадцати лет хронически недофинансируется. О каком качественном лечении можно говорить, если в медучреждениях нет медиков (люди не хотят работать за такую зарплату), нет лекарств и оборудования. Больным приходится самостоятельно покупать всё, что нужно для лечения или операции, а у многих денег на это нет, потому даже заболевшие люди тянут до последнего и попадают в больницу только тогда, когда летальный исход практически неизбежен.

Во-вторых, за последние десять лет в ходе всевозможных реформ была практически демонтирована действовавшая ранее система медпомощи, названная в честь бывшего наркома здравоохранения Семашко. МОЗ (Международная организация здравоохранения) в 60-х годах прошлого века назвала эту систему образцовой и рекомендовала её для внедрения в странах мира. Так вот, что удивительно, в Англии, например, и во Франции, поэксперементировав с разными страховыми и бюджетными системами, в конечном счете многое взяли от системы Семашко. А у нас – разрушили до основания.

Важно то, что эта система предполагала системную профилактику – ежегодные медосмотры и раннее выявление заболеваний. Лишившись этого, мы пришли к высокому уровню смертности от запущенных болезней, которые можно вылечить на ранней стадии заболевания.

Новая медреформа имени министра Супрун в большей степени ориентирована на организацию и экономию денежных потоков и в гораздо меньшей – на организацию доступной медицинской помощи.

И вот что особо удивительно, это то как всевозможные «эксперты» при молчаливом согласии медиков тысяча первый раз говорят о разрушающих итогах первого этапа медреформы, но никто ничего не говорит вслух о проблемах и серьезных недостатках нынешней серии реформы. Ждут результатов?

Ну а свой доклад замдиректора завершила оптимистично…

— В XVIII веке французский врач сказал, что медицина – это любовь, иначе она ничего не стоит. Если мы будем относиться к своей профессии с любовью, думаю, что будут здоровы наши жители, — закончила свой жутковатый отчет Луговая.

 

Как нас в результате реформы будет любить «скорая»…

Начальник управления экстренной медицинской помощи и медицины катастроф Татьяна Тимошенко порадовала рассказом о том, в какую сторону будет реформирована служба скорой помощи.

— Мы планируем внести изменения в образование и статус наших сотрудников, — доложила Татьяна. – Мы вводим новые профессии: парамедик и экстренный медицинский техник. Первые будут обучаться три года в медицинских колледжах и сразу с нуля учиться работать в системе экстренной медицинской помощи.

Экстренными медицинскими техниками планируется заменить водителей «скорой помощи».

— Нигде в мире нет водителя «скорой» в чистом виде, — говорит Татьяна. – Есть медицинские техники, которые проходят специальный курс обучения в 160 часов. После обучения эти работники знают полностью все оборудование, могут делать сердечную реанимацию. Это полноценные члены команды, и они помогают медикам спасать людей. Мы недавно были на соревнованиях в Тернопольской области, и многие наши водители показали, что уже являются членами команды. Они могут стабилизировать пациента.

В текущем году планируется создание отделений экстренной медицинской помощи, в которых будут работать врачи медицины неотложных состояний.

— Когда эти отделения будут созданы, врачи неотложных состояний будут проходить планомерную работу непосредственно в больницах, — рассказывает Татьяна. – На догоспитальном этапе будут работать парамедики, а врачи – в тех случаях, когда пациентам без них не обойтись.

Проще говоря, на вызов к пациенту приедут фельдшер и водитель, врачей в бригаде скорой помощи не будет. Задача «скорой» – только довести пациента до больницы. Успеют – хорошо, не успеют – а что с парамедика возьмешь?

Уничтожение системы скорой помощи – это составная часть новой медреформы, которую продвигает и.о. министра Супрун. Кстати говоря, по планам министра «скорая» будет ездить не на все вызовы, по некоторым будет просто консультировать по телефону.

Об этом немного проговорилась Татьяна Тимошенко, когда сообщила о предполагаемом рекордном сокращении времени прибытия «скорой» к пациенту.

— Хотим сократить интервал прибытия к пациенту, который нуждается в экстренной помощи, до 8 минут. Вообще, законом разрешено 10 минут, но хотим, чтобы было 8. Есть планы уменьшить непрофильные вызовы. Когда говорим об экстренной медицинской помощи, подразумеваем, что человек находится в критическом состоянии, то есть ему грозит смерть, — не до конца объяснила суть уменьшения непрофильных вызовов Татьяна.

Ну а водители хорошо поймут утопичность заявленного времени прибытия, представив себе, как они доезжают за 8 минут от третьего Тополя, например, к ближайшей 16-й больнице или больнице Мечникова.

Умирающему больному, пожалуй, проще будет вызвать такси, чем ждать машину «скорой», в которой не будет врача, а будет водитель и фельдшер с трехлетним средне-специальным образованием. Члены такого экипажа, по большому счету, и укол умирающему сделать не имеют права, поскольку не являются дипломированными докторами, ведь назначение лечения – это прерогатива докторов, а не водителей.

 

 

Ольга Фоменко

Газета ГОРОЖАНИН

08.03.2017